По коварству со льдом может сравниться разве только вода. В 1932 году, когда я прочитал сообщение, что чукотские льды как ножом срезали у корабля вал гребного винта, то сначала не поверил: лед, он же из воды, а диаметр вала больше тридцати сантиметров первосортной стали. А потом насмотрелся на пораненные льдинами огромные суда. Видел и абсолютно противоположный «фокус»: громадное ледяное поле в короткий срок превращается в снежную кашицу, словно кто-то стукнул по нему молотком невообразимых размеров. Таков характер льда – капризный, своенравный. И сегодня при всей отличной технике, которой владеют полярники, опасность не стала меньше: лёд остался льдом и всегда таит в себе неожиданности.
Иван Дмитриевич ПапанинСвязанные темы
большой вода год как корабль лед малый неожиданность нож пря пол пот сегодня сталь суд техник фокус характерПохожие цитаты
Первое яркое футбольное воспоминание: в моем родном Киеве против динамовцев играла сборная Индии, которая вышла на поле босиком! Это было в конце 50-х. На стадион первый раз я пошел в 61-м, когда "Динамо" играло с какой-то командой из ГДР. Но самым сильным впечатлением детства стал гигантский лозунг на стадионе, носившем тогда имя Никиты Хрущева: "Федерация, руки прочь от Сабо!" Был такой эпизод, когда Йожеф Сабо разъезжал по Киеву на "Чайке", а федерация стала его за это воспитывать. Киевляне к тому времени первый раз стали чемпионами СССР, и болельщики, очень любившие своего кумира, притащили на стадион, как сказали бы теперь, баннер. Я тогда еще подумал - как в Советском Союзе такое может быть?!
Леонид Арнольдович Федун
Судьям уже и ВАР дали, и посадили туда этих арбитров, и все смотрят, и миллион повторов. Люди с трибун видят нарушение, которое должно было быть наказано назначением пенальти. И у меня еще большие вопросы по карточке, которую должны были показать Гильерме.
Мне арбитр объясняет, что если вы в динамике посмотрите на его левую ногу, то в момент 30-градусного... Они нас всех считают идиотами. Они не объясняют правила. Ведут себя так, как считают нужным. ВАР в каких-то ситуациях вмешивается, в каких-то не вмешивается. А они потом говорят: «Люди просто не в курсе, как работает ВАР». Конечно, не в курсе. Вы же не объяснили. Вы объясните правила.
Леонид Викторович Слуцкий
Неужели правда, что наши ощущения, восприятия одинаковы. У меня есть подозрение, что все может быть по-разному. Мир доступен небанальному уму. И он (мир) герметичен относительно. В нем гораздо больше дырок в абсолют, чем кажется на первый взгляд. Но мы не умеем их видеть, узнавать. Я, пожалуй, агностик; т. е. все, что выдается человечеством как новое знание о мире, отбрасывается мною, как попытка с негодными средствами. Не может быть верной формула Е=mc2, ибо не может существовать позитивного знания. Наше знание - это пот, испражнения, т. е. отправления, сопутствующие бытию и к Истине не имеющие никакого отношения. Создание фикций - единственное свойство нашего сознания. Познание же осуществляется сердцем, душой.
Андрей Арсеньевич Тарковский
Посмотрите, те же штрафы огромные, которые я заплатил за маску. Сначала нам говорят: не надо масок, потом штрафуют на какие-то фантастические суммы, потом все это проходит опять без масок – и это все в течение месяца.
При этом не меняется ситуация никак по коронавирусу ни в мире, ни у нас в стране. На ухе висит маска – мы не штрафуем, я снял маску – штрафуем. Объясняйте!
Вы у меня забираете огромные деньги, больше полумиллиона рублей, и вы даже ничего не объясняете. Это что за рейдерские захваты чужих денег, я не могу понять?!
Я отвык от этого и буду говорить об этих вещах, я не собираюсь молчать. Это безобразие, это позор, это ужас, который творится.
Леонид Викторович Слуцкий
Шло время, и однажды у места его гибели стал на якорь маленький катерок с грудой резиновых шлангов на палубе.
Глухо стукнув свинцовыми башмаками о железную лесенку, в воду сошёл водолаз.
Вскоре подошли ещё суда и началась работа.
Под кораблём решили проделать два туннеля. На дно опустили гидромониторы, и сильной струёй воды стали выбивать из-под днища парохода песок.
Сначала получились две глубокие ямы.
В каждую забралось по водолазу с гидромонитором. Шаг за шагом, размывая песок, углублялись они под корабль.
Когда туннели прошли под судном насквозь, через них протащили железные полотнища. К полотнищам прицепили залитые водой огромные ящики - понтоны.
- Можно поднимать! - доложил посланный на дно водолаз.
Святослав Владимирович Сахарнов