Я сломал три ребра, всего-навсего слегка упав, когда снимали сцену в баре. Мне всего лишь требовалось выбить поднос из рук официантки и приземлиться на спину. И вот итог - три ребра. Я сам виноват. Нужно было падать на задницу. Я так и планировал. Но во время падения передумал и грохнулся на спину. Понимаете, я умею хорошо падать на задницу. Делал это всю жизнь... Вдруг решил, что если шмякнусь всем телом - будет смешнее... После этой травмы пришлось менять рабочий график. Все сложные сцены перенесли по времени. Но я хочу заметить: экс-комедиант, который живёт во мне, заставил эту сцену довести до конца. Я встал и спросил у группы: "Вы не могли бы глянуть, что у меня со спиной?"
Джим КерриСвязанные темы
виноватый время график группа жизнь конец посол руки сам спин тело три травма хорошо эта этоПохожие цитаты
Я знаю, что если в России тебя считают «настоящим мужиком» - это серьёзный комплимент. Моя бабушка была русской – Смирновой – и для меня она – воплощение внутренней силы и цельности. Она прошла через нищету, войну и эмиграцию. Бабушка, дедушка и остальные родственники с их стороны – настоящие крепкие русские с трудной судьбой, которая их не сломала. Я не могу комментировать насколько я сам «настоящий мужик», но если во мне и есть что-то подобное, то это от них. И чем больше я встречаю в жизни людей, тем больше понимаю, что мои русские бабушка и дедушка были самыми «настоящими». Даже в периоды глухого безденежья и отчаяния в них был стержень и чувство собственного достоинства, которое я сейчас мало в ком вижу.
Леонардо Ди Каприо
Однажды мы выступала в кафе «Спорт» на территории «Лужников». На концерт пришла Алла Пугачёва, тогда, в 1980-ом, мы и познакомились ближе. Пугачева послушала весь концерт, потом мы сели за один стол, и она сказала: «Ребята, как человек, который достаточно много прошел в жизни и достаточно хорошо знает музыкальный мир, я хочу вам сказать: если вы не разругаетесь, вы будете самой известной группой в Советском Союзе». Я эту фразу запомнил и теперь, если возникают конфликтные ситуации с последующими не очень радостными перспективами, я тут же вспоминаю ее и стараюсь свести на нет все возникающие трения, хотя уже и Советского Союза даже нет...
Александр Викторович Кутиков
На другой день по отправлении к тебе письма, виделся я с Пушкиным. Он сказал мне, что переменил мысли свои насчёт Revue, хочет издавать газету три раза в неделю и просит меня войти с ним в половину и печатать её у меня в типографии. Он обязуется доставлять статьи. Моё дело было бы только смотреть за редакциею и за переводом статей газетных. Я исполню всё, как ты скажешь.
Моё мнение: зачем выпускать из рук П. и его партию? Мы уничтожим всякое дурацкое совместительство, и к 1834 году наверное соединимся в одной газете. Если мне нельзя будет за это взяться, возьмётся другой и напакостит и нам, и Пушкину. Об интересах денежных не говорю: они будут ничтожны, ибо и сам Пушкин надеется иметь не более 1000 подписчиков.
Николай Иванович Греч
Я абсолютно ничего не понимаю в музыкальной технике, почему одни звуки нельзя смешивать с другими? Зато я знаю, какой саунд приемлем для нас. Мы, как группа никогда не копировали других исполнителей, и не заучивали чужие песни. Мы не умели снимать аккорды один к одному, да и не испытывали особого желания делать это. Всю свою энергию мы отдавали сочинению собственных композиций. Я пишу стихи сам для себя и некоторые из них потом превращаются в песни. Я уважаю слова за то, что в них порой скрывается некая мощь. Я люблю поэзию, потому что могу заниматься ей, не испытывая никаких влияний со стороны, Я не хочу говорить о своих любимых поэтах, потому что этот мир нужно открывать самому.
Курт Кобейн
по снабжению российских библиотек, в первую очередь провинциальных, бесплатными экземплярами толстых литературных журналов была замечательной потому, что одним выстрелом убивались три зайца: во-первых, провинциальный индивидуальный читатель, у которого нет денег на подписку, имел возможность прочесть журнал в библиотеке, во-вторых, библиотеки получали гарантированный бесплатный экземпляр (а у многих библиотек не просто мало денег, их вообще нет, и свои крохи библиотеки могли использовать на закупку других изданий), и, в-третьих, у журналов гарантированно закупалась часть тиража и это вносило в нашу жизнь какую-то стабильность, словом, всем было хорошо.
Андрей Витальевич Василевский