Цитаты на тему «Гроб» - страница 3
Скажу вам правду свою, и Юлину тоже. Юля всю жизнь улыбалась сквозь боль. Может, даже не столько физическую, сколько душевную. Когда говорят, что человек не востребован - это враньё. Всё решают связи и деньги.
Она вполне могла быть востребована. По отношению к ней - это решение людей, которые сидят на радио и на телевидении. Я дважды прошла эту реку. Юля была достойна гораздо большего. В разы больше - чем те, кто крутится в ротациях, кто более предприимчив. Вчера мы долго были у гроба перед официальной церемонией. Говорили с отцом, с мамой, с Ларисой Долиной. И все пришли к выводу, что это было придушенная внутри боль - знаю по себе, каково это
...
Юлия Викторовна Началова
В ту же ночь молодой солдат, убивший Мафальду, вошел в ее дом. Как случилось, что его никто не заметил и не остановил, не знаю.
Он приблизился к телу Мафальды, лежащему на кровати, – еще не был сделан гроб для покойницы, – и лег рядом с нею под ее покрывалом. И, мертвая, разомкнула для него Мафальда свои холодные руки и обняла его крепко, и до утра отвечала его поцелуям поцелуями холодными и отрадными, как утешающая смерть, и отвечала его ласкам ласками темными и глубокими, как смерть, как вечная узорешительница смерть.
Когда взошло солнце и знойными лучами пронизало сумрак тихого покоя, в этот страшный и томный, в этот рассветный час в объятиях обнаженной и мертвой Мафальды, царицы поцелуев, под ее красным покрывалом умер молодой воин. Разъединяя свои объятия, в последний раз улыбнулась ему прекрасная Мафальда.
Фёдор Кузьмич Сологуб
Это было время, когда мы в Германии занимались вычислениями, согласно которым на душу населения приходилось раз в пять лет по одной тарелке, раз в двенадцать лет - по паре ботинок, раз в пятьдесят лет - по костюму. Мы рассчитали, что только каждый пятый младенец может быть завернут в собственные пеленки и что лишь каждый третий немец может надеяться быть похороненным в собственном гробу.
Людвиг Эрхард
Тело же мертвого старика из Сан-Франциско возвращалось домой, в могилу, на берега Нового Света. Испытав много унижений, много человеческого невнимания, с неделю пространствовав из одного портового пакгауза в другой, оно снова попало, наконец, на тот же самый знаменитый корабль, на котором так еще недавно, с таким почетом везли его в Старый Свет. Но теперь уже скрывали его от живых - глубоко спустили в просмоленном гробе в черный трюм.
Иван Алексеевич Бунин
Пять лет описывал не пестрядь быта,
Не короля, что неизменно гол,
Не слезы у разбитого корыта,
Не ловкачей, что забивают гол.
Нет, вспоминая прошлое, хотел постичь я
Ходы еще не конченной игры.
Хоть Янус и двулик, в нем нет двуличия,
Он видит в гору путь и путь с горы.
Меня корили - я не знаю правил,
Болтлив, труслив - про многое молчу.
Костра я не разжег, а лишь поставил
У гроба лет грошовую свечу.
На кладбище друзей, на свалке века
Я понял: пусть принижен и поник,
Он все ж оправдывает человека,
Истоптанный, но мыслящий тростник.
Илья Григорьевич Эренбург
Нетрудно танцевать на гробе Сталина или Ленина, когда дозволено танцевать где угодно. Это лишь доказательство рабского инстинкта, еще столь живого в России, даже в среде кинематографистов. Чувство мести - чувство раба. Чувство вины - чувство господина. С этой бердяевской мыслью трудно не согласиться.
Андрей Сергеевич Кончаловский