Варлам Шаламов говорил, что в [его стихах] плачет каждая травинка, каждый камешек. Но, на мой взгляд, в напечатанных [в 60-х] стихах Шаламова, были травинки и камешки Колымы, но не было людей. Они появились только в опубликованных за границей рассказах Шаламова. А в моих стихах были люди.