Георгий Ильич Мирский - цитаты
Когда рушилась Советская власть, никто из партийных и военных деятелей даже не пискнул в ее защиту, ни один офицер не вывел из казарм хотя бы роту, коммунисты дружно проголосовали за Беловежские соглашения. Где тогда были сталинисты, рьяные патриоты, обличители капитализма, ненавистники Америки?
Георгий Ильич Мирский
Идеология транснационального «джихадизма» вдохновляет тех, кто посылает в Москву террористов-смертников. Но разве можно это признать? Нет, лучше свалить все на Америку, а заодно и подцепить ее к революциям в Северной Африке: все, мол, разыгрывается по вашингтонскому сценарию, это наш народ с радостью поймет.
Георгий Ильич Мирский
Действительно, новообращенных мусульман, не прошедших курс духовного образования и мало знакомых с исламскими традициями, легче убедить в правоте наиболее воинственных и непримиримых концепций, тем более что сами они, как правило, и переходят в ислам именно из-за желания внести самый активный вклад в дело «защиты веры.».
Георгий Ильич Мирский
Если бы советские войска продолжали воевать в Афганистане, несомненно, Советский Союз был бы главной мишенью «Аль-Каиды». Но Михаил Горбачев избавил бен Ладена от войны на два фронта: теперь удар наносился по единственной оставшейся сверхдержаве. Было решено превратить Афганистан в «кладбище для американцев».
Георгий Ильич Мирский
Что если в Сирии, уже сотрясаемой волнениями, возникнет ситуация, похожая на ливийскую, и власти можно будет обвинить в том, что они ведут войну против собственного народа? Повторять ливийскую операцию? На это, конечно, никто не пойдет, но обвинение лидеров Запада в двойных стандартах будет звучать громче, чем когда-либо.
Георгий Ильич Мирский
Помню я и уцелевшего полковника Максимовича, вместе с которым выступал на лекторских семинарах в 60-х годах, и его слова: «Белогвардейцы много плохого натворили во время гражданской войны, но вот уж чего им совсем нельзя простить – это того, что они не убили Сталина под Царицыном в девятнадцатом году».
Георгий Ильич Мирский
Знаете, есть вот такой тип человека или тип идеологии, с которым бесполезно говорить. Я, например, знаю, давно уже понял, что бесполезно говорить с нацистом, с человеком, убежденным нацистом. Я встречал таких. Хоть кол на голове теши. Бесполезно говорить со сталинистами. Никаких шансов, что ты их переубедишь. Все, что ты им приводишь, ты можешь прочесть миллион раз - никогда никакого эффекта. Исламисты - такого же типа люди. Ни за что их не переубедишь. Вот с этими людьми нужно бороться, только беспощадно уничтожая их.
Георгий Ильич Мирский
Я не хочу никаких сравнений проводить, у всех народов есть свои плюсы и минусы. Но должен вам сказать, что русский народ заслуживает другой участи. Это несчастный народ. Так сложилась его судьба, начиная, может быть, с того момента, когда потомки Чингисхана уничтожили новгородцев в Древней Киевской Руси. Не случись этого, кто знает, как бы сложилась судьба России.
Георгий Ильич Мирский
Я никогда не соглашусь с теми, кто проповедует, что русские - совершенно особый народ, для которого закономерности мирового развития, проверенный веками опыт других народов - не указ. Без зарплаты сидеть будем, с голоду помирать, резать и стрелять друг друга каждый день - зато не погрязнем в мещанском болоте, отвергнем не подходящие нашему духу ценности западной демократии, будем гордиться нашей несравненной духовностью, соборностью, коллективизмом, отправимся искать очередную мировую идею. Убежден, что это - путь в никуда. В этом смысле я могу считаться западником, хотя никакой антипатии к Востоку во мне нет, и я даже по своему образованию - востоковед.
Георгий Ильич Мирский
Фактически у нас, конечно, государственный капитализм, просто к нему нужно добавить еще некоторые прилагательные. Обычно мы еще в советское время характеризовали капитализм в странах Третьего мира как «бюрократический». Но это мягкое определение. В английском языке есть термин crony capitalism, что можно перевести как «блатной капитализм». А у нас находят слова и похлеще.
Георгий Ильич Мирский
У государств, как и у людей, есть два пути решения сложного, болезненного вопроса. Один - начать с самого трудного (как говорят французы, лучший способ отделаться от неприятности - сразу прямо наступить на нее), все остальное будет в сто раз легче. Другой - начать с менее важных вещей с тем, чтобы постепенно подходить к основным проблемам, втягиваться, «нарабатывать инерцию».
Георгий Ильич Мирский
