Цитаты на тему «Расстояние» - страница 3
Бег - это моё хобби, в котором постепенно повышалась динамика. Сначала я проходил небольшие расстояния и думал: «О, у меня получилось! Как здорово!» Но чем больше я это делал, тем интереснее становилось поднимать планку - больше, сложнее, в непривычных условиях. Когда было жарко - хотелось испытать себя в условиях холода, находился в тайге - тянуло в пустыню или в скалы, тренировался на Кавказе - думал об Альпах. [...] Это началось в 2008 году. Тогда я был классическим легкоатлетом, боролся за секунды и минуты, хотел установить личные рекорды на асфальте. Но на этом покрытии я стал травмироваться, и мой тренер посоветовал сменить его на пересечённую местность. Мне рассказали про горный марафон «Конжак», трек вокруг Аннапурны и Эльбрус. Я ушёл на грунт - и меня затянуло, обратно уже не вернулся.
Дмитрий Юрьевич Ерохин
Эти кактусы, такие неуклюжие, такие безобразные днём. Когда меркнут цвета и краски, когда на землю спускается волшебница ночь и наполняет всё кругом видениями, грёзами, снами, кошмарами, фантастическими причудливыми образами, – тогда оживают эти безобразные кактусы. Вы едете между двумя стенами воинов, сошедшихся на расстоянии нескольких шагов друг от друга. Они сейчас сойдутся, кинутся, столкнутся грудь с грудью. Вот тёмный силуэт одного: он припал на колено и взмахнул пращой, чтобы пустить камнем в противников. Вот другой уж кинулся вперёд и взмахнул своей тяжёлой палицей, которая повисла над вашей головой.
И вы едете между рядами этих великанов, поднявших оружие, между рядами этих чёрных рыцарей волшебницы ночи.
Влас Михайлович Дорошевич
Свои сочинения на космические темы я всегда считал чистой фантазией. Мне даже в голову не приходило, что когда-нибудь смогу увидеть и коснуться рукой человека, который вернулся из космоса на Землю. Именно поэтому я считаю их самыми экзотическими людьми из тех, с которыми подружился в Советском Союзе. иметь портрет Земли, снятый человеком, который наблюдал её со стороны именно как планету, - это совсем не то, что разглядывать подобные изображения в журналах или в кино. Тогда я, конечно в шутку, называл космонавтику помощью, которую Советский Союз оказал лично мне, писателю, потому что первые шаги, новые и новые рекорды продолжительности орбитальных полётов таили в себе нечто большее, чем поощрение: это был вызов, брошенный воображению. Ведь если то, что я вообразил и изобразил, спроецировав на какое-то неопределённое расстояние во времени, осуществилось так быстро и в таком масштабе, то, понятно, я не имел права останавливаться на достигнутом...
Станислав Лем
А кто сказал, что расстояния сближают,
Тот, вероятно, далеко не уезжал.
А кто сказал: «Разлука чувство укрепляет», -
Тот, вероятно, разлучиться был не прочь.
А кто сказал, что время самый лучший лекарь,
По-настоящему, наверно, не болел.
Ну, а за шаг, что разделяет очень зыбко
Любовь и ненависть, сказавшему - хвала!
Игорь Владимирович Тальков
Чехов был человеком конкретностей и писал живых людей, может быть как никто, но эти конкретности он давал по-особому, на широком и спокойном горизонте своего раздумья. Так иногда, на фоне заката, увидишь стебли полыни или дикой рябинки, они такие же, как и те, что у тебя под ногами, но и не те, ибо конкретность их дана с гравюрною чёткостью, и даны расстояние, простор и грань горизонта, и тёплая желтизна уходящего неба.
Антон Павлович Чехов
По солнцу было приблизительно 12 часов с четвертью, когда Спасителя пригвоздили ко Кресту. В ту минуту, когда подняли Крест, труба в храме затрубила: в это самое время там происходило заклание пасхального агнца.
Святое Древо Креста Спасителя восстало посреди земли, как некогда древо жизни в раю...
Кресты двух разбойников были обращены друг у другу и были ниже Креста Спасителя. Расстояние между Крестом Спасителя и крестами разбойников было такое, что всадник мог бы проехать между ними.
Гесмас, разбойник, распятый слева изрыгал богохульство и проклятия. Он сказал Спасителю: «Если Ты Христос, спаси Себя и нас».
Другой разбойник, Дисмас, висевший справа от Спасителя, был глубоко тронут:Спаситель молился за Своих врагов. Дисмас, погруженный в глубокое покаяние, смиренно поднял глаза к Спасителю и произнес:
- Господи, приведи меня к месту спасения. Помяни меня, когда придёшь во царствие твоё.
И Господь сказал ему:
- Истинно говорю тебе, что сегодня же ты будешь со Мною в раю.
Анна-Екатерина Эммерих