Цитаты на тему «Жилы» - страница 4
Кто не жил в те годы, лишь с большим усилием может вообразить или хотя бы воссоздать умом атмосферу рубежа пятидесятых и шестидесятых. Ведь семидесятые, каковы бы они ни были, - совершенно иной сюжет: тут уже сложился самиздат, и хотя бы в столицах каждый желающий уважать себя интеллигент если не шел в неофиты, так по крайности симпатизировал таковым и старался поддерживать разговоры на религиозно-философские темы; если верующих сажали в психушки, это служило к вящему позору сажавших, не к дискредитации веры. А раньше, при Хрущеве, все было иначе, и верующий впрямь выглядел в глазах соотечественников безумцем. Смертельная, нечеловеческая усталость после едва-едва отошедших в прошлое сталинских десятилетий - и одновременно бодрое обретение второго дыхания все той же идеологией, «возвращение к ленинским нормам»: борода Фиделя Кастро, бригантинно-целинная комсомольская романтика - и заново рассвирепевший, набравший новую прыть атеизм.
Сергей Сергеевич Аверинцев
Жил в некотором лесу Медведь. Был бурый. Имел берлогу, медведицу, медвежат, коих и питал, и ютил по мере сил своих. Кровожадностью не отличался. Настолько, что, хотя учёные числят медведя животным плотоядным, однако этот Медведь мясо кушал всего два раза в году: на Светлый праздник, да на Рождество Христово. В остальное же время пробавлял себя полевыми злаками и добро-полезною лесною ягодою, как-то: морошкою, брусникою, черникою, костяникою, - ибо другие фрукты, более деликатные и питательные, в лесу не росли. Когда же на морошку и на полевые злаки, в том числе и на лебеду, бывал недород, Медведь, по добродушию своему, с готовностью грыз кору с молодых сосен и даже не отказывался набивать свой желудок жирною глиною. После чего, однако, шибко маялся животом и, катаясь по земле в корчах, ревел источным голосом.
Александр Валентинович Амфитеатров
Жюль Верн - мой отец. Герберт Уэллс - мой многомудрый дядя.
Эдгар Аллан По - мой кузен, у него перепончатые крылья, как у летучей мыши, он жил у нас на чердаке.
Флэш Гордон и Бак Роджерс - мои друзья и братья.
Теперь вы знакомы с моей родней.
После всего этого уже совершенно очевидно, что Мэри Уолстонкрафт Шелли, автор «Франкенштейна», - моя мать.
С такой родословной я мог стать только фантастом, автором самых непостижимых, умопомрачительных сказок, а кем же еще?
Рэй Брэдбери
Мы уже 30 лет вместе. двух дочек вырастили - Надю и Лену. Я долго не женился, и мне все говорили: "Ты, Коля, наверное, жену из экспедиции привезёшь - из Америки или Таиланда!". А она всего двумя этажами ниже жила. Я - на седьмом, Таня - на пятом. В лифте познакомились. Не представляю, как бы я жил без неё. Мне кажется, человек без семьи - как муравей без муравейника. Неприкаянный и одинокий.
Николай Николаевич Дроздов
Весь план геноцида был связан только с холодным политическим расчётом, применённым, чтобы уничтожить представителей народа, которые жили лучше и потому причиняли беспокойство. Другой причиной была жадность. Вряд ли следовало ожидать иного, если [турецкий] народ в своей общественной морали жил в средневековье, обладая современными методами и орудиями.
Фритьоф Нансен
182. Бедный, нуждающийся в людях человек, он за свою такую бедность, он будет оправдан Боговым делом. Они ему очень крепко верили, что он у них есть как таковой. А чтобы выполнять, это у них не получается. Они своим богатством окружены. Легче верблюду в игольную дыру пролезть, чем богатому пройти в царство небесное. Его не допустит природа. Он жил в ней за счет природного добра, за счет чужих рук. Паршек свое святое дело эволюционно докажет, ему дух святой в этом поможет. Люди заслужено будут все на стороне Паршека жить, их она, природа, примет, как своих людей. Они не будут так наказаны этим плохим делом, а будут они оправданы, их полюбит святой дух.
Иванов, Порфирий Корнеевич
Женщины нашего острова обычно воды не любили. То было дикое, тёмное царство мужчин. Конечно, остров жил водой, возник на ней, ей питался, но женщины делали вид, что этого не замечают, как не замечает жена, что у мужа есть любовница. А вот мужчины, кроме проповедника да случайного учителя, любили её пылко и страстно. Вода велела им вставать затемно, сосала из них все силы, а на самый худой конец требовала от них жизни.
Кэтрин Патерсон
Однажды на корабль грамматик сел ученый,
И кормчего спросил сей муж самовлюбленный: «Читал ты синтаксис?» - «Нет», - кормчий отвечал.
«Полжизни жил ты зря!» - ученый муж сказал. Обижен тяжело был кормчий тот достойный,
Но только промолчал и вид хранил спокойный. Тут ветер налетел, как горы, волны взрыл,
И кормчий бледного грамматика спросил: «Учился плавать ты?» Тот в трепете великом
Сказал: «Нет, о мудрец совета, добрый ликом». «Увы, ученый муж! - промолвил мореход.-
Ты зря потратил жизнь: корабль ко дну идет».
Джалаледдин Руми
Я должен был остаться никем. Жизнь нанесла мне рану - еще при рождении пол лица мне парализовало. Учителя считали меня умственно отсталым, а мать поставила крест еще в детстве. На протяжении семи лет, семи долгих голодных лет, агенты и продюсеры хором твердили мне, что я должен бросить сначала актерскую, а затем сценарную стезю. Меня разворачивали на кастингах, еще до того как я снимал куртку, а продюсеры браковали мои сценарии, не прочитав ни строчки. Я глотал слезы на работе. Чистил клетки львов в зоопарке, рубил мясо. Семь долгих, тяжелых лет. Семь лет слез, пота и веры в себя. Вы тоже ничего не добьетесь, пока не переживете период отчаяния. А потом? А потом я целый год жил на 1600 долларов. И написал «Рокки». Верьте в себя и любите свою маму.
Сильвестр Сталлоне
Я жил и до сих пор живу, как студент. Я целенаправленно избегаю дорогостоящих привычек. Потому что, как только у вас появляются дорогие привычки, вы превращаетесь в раба денег. Самая дорогая привычка - это дети. Детей я не завожу. Я не хочу оказаться в положении, когда мне придется думать только о том, где взять денег на детей. В мире слишком много детей и слишком мало борцов за права человека. Как вам кажется, что лучше: иметь детей или бороться за права человека?
Ричард Мэттью Столлман
Где-то в глубине моей души жил ужас, самый настоящий ужас перед той непрекращающейся голгофой, какой является человеческое бытие. Ведь если человеческий детёныш, единственный во всём животном царстве, тут же заявляет о своём присутствии в мире беспрерывными воплями боли, то это значит, что ему действительно больно, невыносимо больно. То ли кожа, лишившись волосяного покрова, оказалась слишком чувствительной к перепадам температур, оставаясь по-прежнему уязвимой для паразитов; то ли всё дело в ненормальной нервной возбудимости, каком-то конструктивном дефекте. Во всяком случае, любому незаинтересованному наблюдателю ясно, что человек не может быть счастлив, что он ни в коей мере не создан для счастья, что единственный возможный его удел - сеять вокруг себя страдание, делать существование других таким же невыносимым, как и его собственное; и обычно первыми его жертвами становятся именно родители.
Мишель Уэльбек
