Цитаты на тему «Профессор» - страница 2
Профессора знаменитого Ньютона заставили сбежать в чиновники. То же случилось и с нашим Менделеевым: он ушёл из университета ещё в силах. Кювье преследовал Ламарка и провозгласил его со своими собратьями-академиками идиотом. Великая рукопись Ньютона валялась без внимания и была напечатана много лет спустя после её написания. Эдисон долго скитался в бедности, не находя приложения скрытым в неём силам. То же было и со знаменитым Бербанком.
Всё это продолжает совершаться и теперь, в особенности в таких некультурных странах, как старая Россия.
Лютер Бёрбанк
Идеальный учёный муж должен сохранять возвышенную беспристрастность во всех своих действиях. Это так, но в своей учёной деятельности, охватившей 40 лет и три континента, я ни разу подобного идеала не встретил. Нормальный учёный хочет, как минимум, получить годные для публикации результаты, но ещё больше он жаждет доказать, что последняя статья профессора Имярека из университета Патагонии - дурацкая.
Норберт Винер
Лысенко решает (и решил) задачу удобрения земли без удобрений и минеральных туков, обзеленения пустующих полей Закавказья зимой, чтобы не погибал скот от скудной пищи, а крестьянин-тюрк жил зиму без дрожи за завтрашний день. У босоногого профессора Лысенко теперь есть последователи, ученики, опытное поле, приезжают светила агрономии зимой, стоят перед зелёными полями станции, признательно жмут ему руку.
Если судить о человеке по первому впечатлению, то от этого Лысенко остаётся ощущение зубной боли - дай бог ему здоровья, унылого он вида человек. И на слово скупой, и лицом незначительный, - только и помнится угрюмый глаз его, ползающий по земле с таким видом, будто, по крайней мере, собрался он кого-нибудь укокать.
Трофим Денисович Лысенко
Недавно у А. Н. Скрябина появился на губе какой-то прыщик.
На это, конечно, не обратили внимания.
Между тем, прыщик стал разрастаться.
Температура поднялась. Через несколько дней у А.Н.Скрябина на губе оказался злокачественный фурункул.
Вызвали профессоров И. К. Спижарного и Н. С. Щелкана.
Они пригласили дать консилиум профессора А. В. Мартынова.
К этому времени у А. Н. Скрябина все лицо являло признаки воспаления.
Профессора, посовещавшись, сделали А. Н. Скрябину на щеке и на губе четыре разреза.
Первые два разреза гноя не дали. Последние два дали немного гноя, и это пробудило надежду на благополучный исход, тем более, что, несмотря на очень высокую температуру (свыше 40°), сердце работало хорошо.
Вчера лицо у больного немного опало. Но на смену этой беде врачи обнаружили гнойный плеврит, стоящий, как полагают, в связи с заболеванием на лице.
Больной бредит. Температура около 40°. Сердце работает с перебоями.
Сегодня, в 3 часа утра, А. Н. Скрябин приобщился святых Тайн.
Александр Николаевич Скрябин
На гробнице Ламарка его дочь сделала надпись: «Ты будешь отомщён». Как много говорят эти слова.
Профессора знаменитого Ньютона заставили сбежать в чиновники. То же случилось и с нашим Менделеевым: он ушёл из университета ещё в силах. Кювье преследовал Ламарка и провозгласил его со своими собратьями-академиками идиотом. Великая рукопись Ньютона валялась без внимания и была напечатана много лет спустя после её написания. Эдисон долго скитался в бедности, не находя приложения скрытым в нём силам. То же было и со знаменитым Бербанком.
Всё это продолжает совершаться и теперь, в особенности в таких некультурных странах, как старая Россия.
Великие дела творили не присяжные учёные, а люди, в общепринятом смысле, маленькие. Таковы, например, артиллерист Энгельгардт и великий Либих, не кончивший среднюю школу и попавший в профессора только благодаря протекции и связям Гумбольдта.
Константин Эдуардович Циолковский
Мои мистические дали
Смычком взвивались заливным,
Смычком плаксивым и родным -
Смычком профессора Гржимали:
Он под Васильем Ильичом
(Расставив ноги калачом), -
Который, -
- чаля из эонов
На шар земной, - объятый тьмой,
Рукою твёрдой на тромбонах
Плывет назад - в Москву, домой:
Слетит, в телодвиженье хитром
Вдруг очутившись над пюпитром,
Поставит точку: оборвёт,
Сопит и капли пота льёт,
И повернувшись к первой скрипке,
Жмёт руки и дарит улыбки,
Главой склоняясь в первый ряд,
Где на фарфоровые плечи,
Переливаясь, бросят взгляд,
Все электрические свечи;
Задушен фраком, толст и розов,
Ладонью хлопнув в переплеск,
Бросаясь лысиной, - Морозов
Надуто лопается в блеск!
Андрей Белый
Драгомиров противопоставлял дух технике, не сознавая, что техника отнюдь не враг духа, а его ценный союзник и помощник, позволяющий сберечь силы и кровь бойца. Все свои тактические расчеты драгомировская школа строила на грудах человеческого мяса, потоках человеческой крови - и эти взгляды, преподанные с кафедры заслуженным профессором, а затем и начальником академии, имели самое пагубное влияние на формацию целого поколения офицеров Генерального штаба - будущих «минотавров» Мировой войны. Считая, что всякого рода техника ведет непременно к угашению духа, Драгомиров всей силой своего авторитета противился введению магазинного ружья и скорострельной пушки, которыми уже были перевооружены армии наших вероятных противников. Когда же, несмотря на все его противодействие, скорострельные орудия были введены, Драгомиров все-таки добился, чтобы они были без щитов, «способствующих робости».
Михаил Иванович Драгомиров
В Германии какой-то профессор словесности, знающий русский язык, человек весьма ограниченный, презираемый своими слушателями, но очень много о себе думающий, однажды на лекции, разговорившись о богатство и благозвучии русского языка, привёл между прочим следующий пример:
«Когда я был в Риме, - сказал он пискливым, визгливо пронзительным дискантом, - две знакомые дамы предложили мне отправиться с ними в Колизей. Торжественность места, освящённого столькими воспоминаниями, так сказать, вдохновила меня, и я прочёл моим спутницам одно из прекраснейших произведений Пушкина. Каково же было моё удивление, когда я увидел, что несколько ящериц и жаба выползли из норок своих и, с видимым наслаждением слушая эту дивную гармонию, помавали головками!».
Николай Алексеевич Некрасов
К 1948 году, совершенно независимо от Н. Винера, ничего не зная о его трудах, Н. Кобозев в одиночку разработал совсем в иной терминологии и методике то, что за океаном стало кибернетикой .
В течение сорока лет профессор Московского университета, он, разумеется, никогда не был отмечен ни одним государственным поощрением, но постоянно был тесним.
Рассматривая эту книгу как сохранившийся осколок погибшей русской науки, читатель может живей вообразить её несостоявшиеся контуры.
Александр Исаевич Солженицын
Каждая женщина - это музыкальный инструмент. Пианино играет лишь тогда, когда нажимаешь на нужные клавиши; на гитаре можно сыграть любимую мелодию, касаясь нужных струнок. Каждый музыкант играет свою мелодию по-разному. Кто-то хорошо, кто-то плохо, но каждый по-своему. Есть музыканты, которые умеют играть на всех инструментах прекрасно. Я знаю лишь одного профессора музыки. Этот профессор - Алексей Суклетин! Для женщины главное не то, что имеешь, а то, как ты этим владеешь. Я смогу соблазнить самую преданную вдову даже... на могиле её любимого мужа.
Алексей Васильевич Суклетин