Цитаты на тему «Жар» - страница 2
Я на минуту засыпаю рядом с ним, потом просыпаюсь, но глаз не открываю. Дышу ровно и чувствую, как два сухих пальца скользят по ноге. Лежу совсем неподвижно, не открываю глаз, Дэнни трогает меня – без малейшего жара, – а потом нежно взбирается сверху, и я лежу совсем неподвижно, но вскоре приходится открыть глаза, потому что я слишком тяжело дышу. В ту же секунду Дэнни слабеет, скатывается. Когда я просыпаюсь среди ночи, его нет. Его зажигалка – золотой пистолетик – лежит на тумбочке возле бутылки и большого бокала, и я вспоминаю: когда Дэнни мне ее показал, я решила, он и вправду выстрелит, но он не выстрелил, и я почувствовала, как жизнь обернулась разочарованием, и глядя ему в глаза – этот взгляд, что меняется необъяснимо, эти озера, неспособные помнить, – я ныряла в них все глубже, пока не утешилась.
Брет Истон Эллис
Когда тобой владеют страсти, волны будут вскипать даже на поверхности замерзшего пруда и ты, даже находясь в горах и лесах, не увидишь покоя вокруг тебя. Когда ты взрастил в себе пустоту, удушливая жара тебе будет прохладой и ты, находясь на рынке или при дворе, не услышишь окружающего тебя шума.
Хун Цзычен
Сгущалась тьма над пунктом населенным,
В ночном саду коррупция цвела,
Я ждал тебя, как свойственно влюбленным,
А ты, ты, соответственно, не шла.
Я жаждал твоего коснуться тела,
Любовный жар сжигал меня дотла,
А ты придти ко мне не захотела,
А ты, смотрите выше, все не шла.
Полночный сад был залит лунным светом,
Его залил собою лунный свет.
Сказать такое - нужно быть поэтом,
Так написать способен лишь поэт!
Поэт он кратким должен быть и точным,
Иначе не поэт он, а фуфло.
Короче, я сидел в саду полночном,
А ты, как чмо последнее, не шло!
Игорь Иртеньев
О как хорошо, как тихо,
Как славно, что я одна.
И шум и неразбериха
Ушли, и пришла тишина.
Но в сердце виденья теснятся,
И надобно в них разобраться
Теперь, до последнего сна.
Я знаю, что не успеть.
Я знаю - напрасно стараться
Сказать обо всем даже вкратце,
Но душу мне некуда деть.
Нет сил. Я больна. Я в жару.
Как знать, может, нынче умру...
Одно мне успеть, одно бы -
Без этого как умереть?-
Об Анне.. Но жар, но ознобы,
И поздно. Прости меня. Встреть.
Мария Петровых
До огня далеко, но жар уже на этом расстоянии был почти невыносим. А каково-то пожарным! Правда, они работают под зонтиками-душами, непрерывно окачивающими их водой. Но жар так велик, что вода превращается в пар на их прогретых костюмах.
Пущены в ход все стационарные насосы, подающие в резервуары кислотные и щелочные растворы с примесью лакрицы. Пеной тушат!
Но невероятная температура и постоянные взрывы затрудняют работу.
Александр Романович Беляев
Всё, что я делаю автобиографично. В детстве, из-за жары в прериях Северной Дакоты, у меня бывали галлюцинации. Мог увидеть что-нибудь вроде лошадей высотой с трёхэтажный дом. В пустыне или прерии видишь что-то издалека - машину, поезд, бегущего мальчика, и пока наблюдаешь, как оно приближается, есть время подумать, для чего оно перемещается в твоём направлении. Там ощущаешь всё по-другому. Такие вещи и стали вдохновением.
Джеймс Розенквист
Город Астрахань принадлежит трем братьям; они сыновья родного брата главного хана, правящего в настоящее время татарами... Летом из-за жары они уходят к пределам России в поисках прохлады и травы. Зимой эти три брата проводят несколько месяцев в Астрахани, но летом они поступают так же, как и остальные татары. Город невелик и расположен на реке Волге; домов там мало, и они глинобитные, но город защищён низкой каменной стеной; видно, что совсем недавно в нем ещё были хорошие здания. Рассказывают, что в старые времена Астрахань была местом крупной торговли и те специи, которые отправлялись в Венецию из Таны [Азов], проходили через Астрахань.
Амвросий Контарини
Динамо Минск подарило праздник всей стране. Молодцы! Они боролись до конца. Мы видели, в каком состоянии этот Зенит был. Некоторые игроки уже на четвереньках ходили. То есть динамовцы вывозили их в эту жару прилично. И они забили четыре мяча. 4:0 – это останется в истории. Здесь шапкозакидательством не надо заниматься. Это они играли не с миллионерами, а с миллиардерами! Это главный клуб "Газпрома", главное детище их. Это во-первых. Во-вторых, у них сезон только начался. В-третьих, они с распальцовкой приехали, и, так чувствую, недооценили минчан.
Александр Григорьевич Лукашенко
Моррисона и его жену считали большими оригиналами - этакие «хиппи» из ответработников, не признававшие светских и советских предрассудков. Редактор в жару ходил на работу в парусиновых трусах (задолго до появления шорт), а скульптор за неимением обуви - попросту босиком, но с таким видом, что это не более чем ее причуда.
Александр Платонович Моррисон