Уэллс изначально использовал этот термин для обозначения того, что мы сегодня назвали бы «твёрдой» научной фантастикой, в которой основанием для повествования выступает сознательное стремление опираться на уже известные (в момент написания) факты, и уж если в повествовании также встречалось некое чудо, то по крайней мере речь не должна была идти о целом арсенале чудес.
Джеймс БлишСвязанные темы
мера написание повествование речь сегодня термин тот фантастика целое этотПохожие цитаты
Кто может ссориться с Кларком Гейблом? Мы хорошо ладили. Каждый раз, когда на съёмочной площадке «Унесённых ветром» кто-то уставал или пребывал в депрессии, именно Гейбл подбадривал этого человека. Затем газеты начали писать, что Гейбл и я не ладили. Это было настолько смешно, что воспринималось нами как шутка. С того времени нашим стандартным приветствием стало: «Как вы не ладите сегодня?».
Вивьен Ли
Духовное богатство Западной Европы, по крайней мере в прежнее время, богаче, чем у нас, потому что там и цивилизация началась раньше, чем у нас. Пётр Великий сблизил нас с Западной Европой, от которой мы получили «железные дороги», «телеграфы», «пароходы» и т. д. В области литературы Россия была естественной потребительницей произведений словесности Западной Европы.
Анатолий Александрович Бахтиаров
Мне кажется, что в большинстве случаев тот, кто получает высокий пост, оттесняет не менее, по крайней мере достойного, который остается на заднем плане то ли из скромности, то ли из уважения к самому себе. Линкольн не желал стать президентом; его вынудили к этому, вкатили как по рельсам, ей-богу! К счастью, он оказался подходящим человеком, но ведь вполне могло случиться и иначе.
Генри Миллер
Огромные змеи, отливающие медью, обвивали стволы деревьев. Они были абсолютно безопасными, потому что на каждом конце туловища имели по голове, и головы эти всякий раз выражали противоположные мнения по поводу того, куда им хочется ползти. Тут, конечно, и думать нечего было, чтобы разжиться какой то добычей.
- об обитателях Леса Тысячи Чудес.
Михаэль Энде
Но по мере того, как обнаруживалась неизбежность объединения Северной Италии, все определеннее обрисовывалась «идея», во имя которой Франция вела эту войну. Это была идея присоединения Савойи и Ниццы к Франции. Уже во время войны раздавались голоса, которые указывали на это присоединение как на цену французского вмешательства в итальянские дела.
Фридрих Энгельс