Борьба с цензурой, какая бы она ни была и при какой бы власти она ни существовала, - мой писательский долг, так же, как и призывы к свободе печати. Я горячий поклонник этой свободы и полагаю, что, если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что она ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей, что ей не нужна вода.
Михаил Афанасьевич БулгаковСвязанные темы
власть вода долг как мой пря писатели поклонник призыв рыба цензура этаПохожие цитаты
При непогоде житейской всего лучше сложить руки и выждать, пока буря уляжется; отступишь сейчас - победишь потом. Ручей и от ветерка замутится, и вода станет прозрачна не твоими стараниями, а когда от нее отойдешь. Нет лучшего средства от неурядиц, чем предоставить им идти своим чередом, - все как нибудь уладится.
Бальтасар Грасиан
Помните те чёрно-белые фильмы с Фрэнком Синатрой? Эти ребята выглядели как мужчины, и им было всего 27 лет! Послушайте, как Отис Реддинг поёт «Try a Little Tenderness». Это был мужчина, который понимал, что нужно мужчине знать в мире. Покажите мне сейчас настоящего мужчину! Где они все?
Хайнд, Крисси
Человек вообразил себя настолько важной фигурой, что полагает, будто Бог при всем своем могуществе и милосердии будет заботиться о его благополучии. Бог и так дал человеку слишком много - свободу выбора, а тот из-за своей инфантильности не хочет принять этот дар и вечно не доволен. «Трансерфинг реальности».
Вадим Зеланд
Я шагал по земле, было зябко в душе и окрест. Я тащил на усталой спине свой единственный крест. Было холодно так, что во рту замерзали слова. И тогда я решил этот крест расколоть на дрова. И разжёг я костёр на снегу. И стоял. И смотрел, как мой крест одинокий удивлённо и тихо горел. А потом зашагал я опять среди чёрных полей. Нет креста за спиной без него мне ещё тяжелей.
Роберт Иванович Рождественский
Англия первая открыла Франции тайну сил её; зато тяжки были испытания, которыми она должна была купить эту благодетельную тайну. Как в руках демона-искусителя, она проходила страшные круги Дантова ада, называемого историей четырнадцатого столетия; но искушение не кончилось ещё и в пятнадцатом веке. Ей нужно было погрузиться до дна и потом уже всплыть.
Жюль Мишле