Анн и Серж Голон - цитаты
С раннего утра девочка уносилась куда-то с распущенными волосами, одетая почти как простая крестьянка в рубашку, корсажик и выгоревшую юбку, и ступни её маленьких ножек, изящных, словно у принцессы, огрубели, потому что она не долго думая, зашвыривала свои башмаки в первый попавшийся куст, чтобы легче было бегать. Если её окликали, она едва поворачивала своё круглое загорелое личико с сияющими зелёными глазами цвета дягиля, который тоже растёт на болоте и называется по-латыни «анжелика».
Анн и Серж Голон
Здесь у нас Отель Весёлой Науки, - однажды сказал граф, внезапно удержав жену на одном из шумных приёмов. - В этих стенах мы пытаемся возродить былые изящества и галантность, которыми славилась Аквитания, а значит, и Франция. Так, в Тулузе, только что завершились знаменитые «Цветочный игры». «Золотая фиалка» была присуждена молодому поэту из Руссильона. Из всех уголков Франции и даже со всего мира именно в Тулузу приезжают мастера рондо, чтобы отдать свои творения на суд под покровительством Клеманс Изор, лучезарной вдохновительницы трубадуров прошлого.
Анн и Серж Голон
Ей снова виделся её муж, граф Жоффрей де Пейрак, этот странный пленительный человек, который за свою неуклюжую хромую ногу был прозван «Великим Хромым из Лангедока». Это был великий учёный, большой артист. Он обладал незаурядным умом, был велик во всём и быстро завоевал симпатию и любовь окружающих, и его жена, вначале неприступная и дикая, стала постепенно женщиной, страстно любящей его.
Анн и Серж Голон
Король удивлённо смотрел на неё. Он уже давно знал, что она красивая, но только сейчас рассмотрел её хорошенько. Его глаза пожирали её фарфорово-белую кожу, щёки, похожие на спелые персики, чувственные губы. Небрежным движением она поправила выбившийся на виске локон, и король почувствовал зов плоти. Казалось, каждой порой тела она излучала теплоту жизни.
Анн и Серж Голон
Один голос чего стоил! Спокойный, убедительный, с лёгкой хрипотцой, голос человека, не знающего сомнений и страха. Атлетическое сложение Колена Патюреля, его повадки и взгляд дополняли это впечатление мощи и совершенства. Такому не надо бороться с самим собой, он не будет дрожать и колебаться! Анжелика чувствовала: в этой широкой груди сердце всегда бьётся ровно, кровь редко ускоряет свой бег. Такая исключительная уравновешенность, простой, мужественный ум - вот сила, способная противостоять самой смерти! Колен Патюрель был надёжным, словно несокрушимая скала.
Анн и Серж Голон
Кто говорит «пустыня», тот помышляет и об «оазисе». Кто упоминает о беспредельных просторах, не забывает и о пристанище, и о доброте. Кто думает о болезнях и недомоганиях, знает, что ещё есть забота и лекарства. Кто произносит горестные слова «страх» и «усталость», тот добавляет «утешение» и «отдых». Кто говорит «одиночество», готов сказать и «встреча»...
Анн и Серж Голон
Тщетно она пыталась возродить в памяти прошедшее, представить себе лангедокского графа под аркадами его родового замка. Его образ ускользал. Звучная мелодия неаполитанской песенки взлетела над морской тишью, и море словно поглотило её. Анжелика вдруг подумала, что на Средиземном море все поют. В песнях каторжники забывают о своих страданиях, моряки - о грозящих им опасностях. Испокон века достоянием южных народов были сильные музыкальные голоса. «А он, тот, кого называли золотым голосом Франции, ведь мог петь так, что его слава прошла бы через моря и земли...».
Анн и Серж Голон
Анжелика дышала полной грудью. Внизу стеной стоял лес. Сосны, голубые кедры, нахохлившиеся ели - всё это мрачное воинство отсюда, сверху, выглядело ковром, сотканным из букетов, гирлянд и причудливых завитков, где перемежались нежные и тёмные тона изумрудной и голубовато-серой зелени. Тропинка снова стала каменистой, и по ней звонко зацокали копыта. Анжелика ослабила поводья и чуть раздвинула колени, сжимавшие бока лошади. И неотступная мысль снова закружилась, подхваченная на этот раз благословенным дуновением ветерка. «Наконец-то мы вместе... Но ведь и в самом деле мы вместе!».
Анн и Серж Голон
Стоял конец апреля. Под горячими лучами весеннего солнца снег таял стремительно, и всё вокруг было наполнено тихим журчанием воды. В лесу снег был грязный, весь усыпанный клочьями чернеющего мха, сломанными веточками, гнилыми сосновыми шишками, - это хозяйничали, прыгая с ветки на ветку, белки. Берёза, накануне ещё голая, бесцветная, словно вырезанная из слоновой кости, покрылась сиреневыми и серыми серёжками и напоминала занавесь с бахромой. Раскидистый вяз, похожий на роскошный праздничный веер, выставил напоказ свои изумрудные листочки...
Анн и Серж Голон
«Моя маленькая любовь! Подружка моя, - думал де Пейрак, глядя на неё. - Ты разделила со мной мою трудную жизнь здесь, и я ни разу не видел тебя слабой... У тебя щедрая душа... За что бы мы ни брались, всё самое тяжкое ты взваливала на свои плечи...» Они были счастливы, они одержали победу над зимой, они сумели сокрушить стену, стоявшую между ними...
Анн и Серж Голон
- Вы должны их очаровать, покорить... Народ ожидает явления. Надо ему его дать. Дама Серебряного Озера... Образ из легенды... Вы первая сойдёте на землю, одна, притягивая к себе все взгляды. Таким образом, ступив на берег, вы предстанете перед народом одна, и, видя вашу сияющую красоту, они застынут от изумления. Вы воспользуетесь этим, чтобы поставить вашу очаровательную ножку на берег Квебека подобно богине, вернувшейся из Цитеры.
- А Вы, что в это время будете делать Вы?
- Я! В это время я... я околдую город!
Анн и Серж Голон
Король ожидал её. В своём дворце в Версале король мечтал о ней. Осыпаемый почестями, окружённый блестящей свитой, самый могущественный монарх Вселенной не оставлял тайного, но настойчивого намерения добиться - терпеливо ожидая или величественно приказав - чтобы Анжелика однажды оставила мрачные и холодные края Америки и вновь заблистала при его дворе...
Анн и Серж Голон