Цитаты на тему «Мёртвое» - страница 3
72. Этот организм, этот человек, он своё право завоюет. Ему придется отказаться от чужого и мертвого. Он не будет кушать, он не будет одеваться и в доме жить. Его природа примет как такового, он окружит себя азотом. Это будет воздух, это будет вода. Самое главное, будет во всем земля. Они как любимые неумирающие друзья этому живому телу помогут. Своими силами всё это сделает в ней. Сна никакого, а жизнь вечного характера. Паршек имя своё займет бессмертного человека, место своё облюбованное для жизни займет. И скажет всем нам о приходе его в люди со своим телом. Тело этого человека признается. И будут они громко кричать его славу в этом деле. Он то, что надо, от природы получит. Он естеством окружит себя без всякой техники, без всякого искусства он останется, и не будет никакой химии. Что скажет, то будет делаться. Мы все сами этого вот добьемся. Человек этими силами сам окружит себя. У него не будет никакой тюрьмы, никакой больницы.
Иванов, Порфирий Корнеевич
159. Нам, всем людям, надо в жизни в природе человеку сделать полную революцию, которая должна сделать из мертвого живое. Для этого дела надо в людях такой живой естественный человек любого характера. Ему надо в природе в жизни место со всеми условиями, чтобы в этом всем оказалась возможность нашему человеку любому оставаться в жизни без всякой потребности. Это место райское.
Иванов, Порфирий Корнеевич
168. Все старое, негодное к жизни, надо удалить от людской жизни. Армию генеральскую и милицию, всю юстицию. Это закон прокурора, судью, и медицину, школы, институты. Стать на осознание природной мудрости. Все чужое и мертвое с жизни убрать вон. А народить свое живое неумирающее тело, которое заставит жить в природе вечно. Это будет, и обязательно это вот будет. Революция на этот счет, она свершится. Старое уйдет, а новое, оно народится. Эволюция этого дела прозвучит по всей земле. Люди переродятся на новый лад. Они перестанут простуживаться, они болеть так не станут. А будут они жить в природе вечно.
Иванов, Порфирий Корнеевич
Когда говорят, что народ, совершивший революцию, должен начать войну, 〈...〉 чтобы 〈...〉 на развалинах мира создать более процветающее общество, - это невозможно понять, товарищи! 〈...〉 Произойдёт такое заражение земной атмосферы, что неизвестно, в каком состоянии будут оставшиеся в живых люди - не будут ли они завидовать мёртвым?
Никита Сергеевич Хрущёв
И вот я опять скитаюсь, ещё живой, но, когда начинает капать дождь и я начинаю бесцельно бродить по улицам, я слышу, как позади с клацаньем падают мои бесчисленные «я», и спрашиваю себя: что дальше? Можно было предположить, что испытаниям, выпадающим на долю тела, есть предел; оказывается нет. Так высоко взмывает оно над страданием и болью, что когда все, кажется, окончательно убито, и тогда остается ноготь на мизинце или клок волос, которые дают побеги; и эти-то бессмертные побеги никогда не иссякают. Таким образом, даже когда вы безоговорочно мертвы и забыты, находится какая-то ничтожно малая частица вашего существа, способная дать побег, и эта частица выживает, сколь бы мёртвым ни оказалось прошедшее будущее.
Генри Миллер
Тот самый длинный день в году
С его безоблачной погодой
Нам выдал общую беду
На всех, на все четыре года.
.
Она такой вдавила след
И стольких наземь положила,
Что двадцать лет и тридцать лет
Живым не верится, что живы.
.
А к мертвым, выправив билет,
Все едет кто-нибудь из близких,
И время добавляет в списки
Еще кого-то, кого нет
И ставит,ставит обелиски.
Константин Михайлович Симонов
Я выехал на свой первый труп. Труп был весьма дохлым - надо было, вероятно, пройти курс специальных тренировок, чтобы выглядеть более мёртвым, чем тот труп. Он провалялся несколько дней в колодце на свиноферме, и когда полицейские вытащили его, я узнал три вещи. Во-первых, всё это гораздо интереснее двух географий, на которых я должен был по идее присутствовать в школе. Во-вторых, мёртвое тело, поплавав в колодце, может принимать самые разные цвета и оттенки. И, наконец, в третьих: тебя может тошнить даже тогда, когда казалось бы уже нечем.
Терри Пратчетт
На горах этих лежит печать особой торжественности, - они возвышаются как стены на границе жизни и смерти. Здесь, внизу, город, порт, дамба, движутся суда, поезда, лодки, - там - вечное молчание. Туда никто не ходит, потому что незачем ходить. Там начинается область скал и песчаных холмов. Кое-где попадается красный вереск, кое-где иерихонская роза продерётся из-за песка своими сухими ветвями - и только; кругом ни дерева, ни кустика, ни капли воды - открытое, мёртвое пространство.
Генрик Сенкевич
Тело же мертвого старика из Сан-Франциско возвращалось домой, в могилу, на берега Нового Света. Испытав много унижений, много человеческого невнимания, с неделю пространствовав из одного портового пакгауза в другой, оно снова попало, наконец, на тот же самый знаменитый корабль, на котором так еще недавно, с таким почетом везли его в Старый Свет. Но теперь уже скрывали его от живых - глубоко спустили в просмоленном гробе в черный трюм.
Иван Алексеевич Бунин
На искусственном острове крутобрегого озера
Кто видал замок с башнями? Кто к нему подплывал?
Или позднею осенью, только гладь подморозило,
Кто спешил к нему ветрово, трепеща за провал?
Кто, к окну приникающий, созерцания пестрого
Не выдерживал разумом – и смеялся навзрыд?
Чей скелет содрогается в башне мертвого острова,
И под замком запущенным кто, прекрасный, зарыт?
Кто насмешливо каялся? Кто возмездия требовал?
Превратился кто в филина? Кто – в летучую мышь?
Полно, полно, то было ли? Может быть, вовсе не было?..
...Завуалилось озеро, зашептался камыш.
Игорь Северянин
Оглядываясь теперь назад, ясно, что он стремился на бумаге к лаконичности, к лапидарности, присущей поэтической речи: к предельной емкости выражения. Выражающийся таким образом по-русски всегда дорого расплачивается за свою стилистику. Мы - нация многословная и многосложная; мы - люди придаточного предложения, завихряющихся прилагательных. Говорящий кратко, тем более - кратко пишущий, обескураживает и как бы компрометирует словесную нашу избыточность. Собеседник, отношения с людьми вообще начинают восприниматься балластом, мёртвым грузом - и сам собеседник первый, кто это чувствует. Даже если он и настраивается на вашу частоту, хватает его ненадолго.
Иосиф Александрович Бродский
