Цитаты на тему «Лев» - страница 4
Классификация женщин, принадлежащая Льву Ландау:
Определим привлекательность женщины как функцию от расстояния. При бесконечном значении аргумента эта функция обращается в нуль. С другой стороны, в точке нуль она также равна нулю (речь идёт о внешней привлекательности, а не об осязательной). Согласно теореме Лагранжа, неотрицательная функция, принимающая на концах отрезка нулевые значения, имеет на этом отрезке максимум. Следовательно:
1. Существует расстояние, с которого женщина наиболее привлекательна.
2. Для каждой женщины это расстояние своё.
3. От женщин надо держаться на расстоянии.
Лев Давидович Ландау
Сейчас я стал уже немолодой, и выяснилось, что ни Льва Толстого, ни Фолкнера из меня не вышло, хотя все, что я пишу, публикуется. И на передний план выдвинулись какие-то странные вещи: выяснилось, что у меня семья, что брак - это не просто факт, это процесс. Выяснилось, что дети - это не капиталовложение, не объект для твоих сентенций и не приниженные существа, которых ты почему-то должен воспитывать, будучи сам черт знает кем, а что это какие-то божьи создания, от которых ты зависишь, которые тебя критикуют и с которыми ты любой ценой должен сохранить нормальные человеческие отношения. Это оказалось самым важным.
Сергей Донатович Довлатов
Если бросить палку собаке, она будет глядеть на эту палку. А если бросить палку льву, то он будет, не отрываясь, смотреть на кидающего. Это формальная фраза, которую говорили во время диспутов в древнем Китае, если собеседник начинал цепляться за слова и переставал видеть главное.
Виктор Олегович Пелевин
Великодушный человек - это сокол, высоко в небе парящий, невеликодушный - коршун, бегающий за мышами. Сокол на руке царя восседает, коршун - падаль пожирает. Дело льва - кормить зверей охотой своей, занятие мыши - воровать монеты, обшаривая углы жилищ людей. Великодушный, если даже он беден, не станет низким; невеликодушный, если даже найдет клад, не станет высоким. У платана пустые руки, но он от этого не менее высок, в земле скрывается клад, но она от этого не менее низка. Словно звезда, высоко положение великодушных людей, но еще выше положение людей щедрых.
Алишер Навои
Из своего я признаю только лучшее из раннего («Февраль, достать чернил и плакать», «Был утренник, сводило челюсти») и самое позднее, начиная со стихотворения «На ранних поездах». Мне кажется, моей настоящей стихией были именно такие характеристики действительности или природы, гармонически развитые из какой-нибудь счастливо наблюденной и точно названной частности, как в поэзии Иннокентия Анненского и у Льва Толстого, и очень горько, что очень рано, при столкновении с литературным нигилизмом Маяковского... я стал стыдиться этой прирожденной своей тяги к мягкости и благозвучию и исковеркал столько хорошего, что, может быть, могло бы вылиться гораздо значительнее и лучше.
Борис Леонидович Пастернак
