Цитаты на тему «Мост» - страница 2
- "Где при заходе солнца тени тянутся вдаль по бесконечной одинокой прерии» Я вспомнил: это место, "где стада бизонов медленно бредут, простираясь на многие мили»
Темная масса слева постепенно обрела форму. Выделился громадный бизон американских прерий. Не на родео, не на выставке рогатого скота, не на обратной стороне никелевой монетки, а здесь, перед ними стояли эти животные, опустив рогатые головы, покачивая мощными спинами-знак Таро, неудержимое плодородие весны, исчезающее в сумерках в былое, в прошлое-вероятно, туда «где мелькают колибри».
Рендер и Эйлин шли по великой равнине, луна плыла над ними. Наконец они дошли до противоположного конца страны, где большие озера, другие ручьи, мосты и другой океан. Они прошли через опустевшие фермы, сады и двинулись вдоль воды.
- "Где шея долгожителя-лебедя изгибается и поворачивается», - сказала она, глядя на своего первого лебедя, плывущего по озеру в лунном свете.
Роджер Желязны
Здравствуй! Легкий шелест слышишь
Справа от стола?
Этих строчек не допишешь -
Я к тебе пришла.
Неужели ты обидишь
Так, как в прошлый раз,-
Говоришь, что рук не видишь,
Рук моих и глаз.
У тебя светло и просто.
Не гони меня туда,
Где под душным сводом моста
Стынет грязная вода.
Анна Андреевна Ахматова
Я потратил очень много времени на то, чтобы построить какие-то мосты между националистами и либералами и то, что зарождающееся национал-демократическое движение сейчас как-то в связи с украинскими событиями превратилось в просоветское движение и националисты стали просто советскими патриотами, смешными образца 1991 года. В связи с этим есть определенная досада.
Алексей Анатольевич Навальный
Американцы ведь очень прагматичные люди. Они ввели политкорректность, потому что она мгновенно наводит формальный мост через эмоционально заряженную трясину. Назовите негра негром, и на вас повиснет доля ответственности за работорговлю. Назовите его афроамериканцем, и его можно спокойно увольнять с работы.
Виктор Олегович Пелевин
Филострат копал чемерицу и молился Аполлону и Эскулапу, чтобы вылечить свою возлюбленную от сумасшествия. Видит он её в пустых улицах петербургских. Простоволосая, не знает она, что делать с собой. Взбегает на мост деревянный ― мост вместе с нею бежит. Не сбежать ей с моста. Поднимается мост вместе с нею и летит над городом. А Филострат в руки схватив чемерицу, снова падает у ног Аполлона в Летнем саду. Но, когда зари вспыхнула колесница, видит он себя не в Летнем саду, а на Чёрной речке на греческом саркофаге, а рядом с ним стоит его возлюбленная.
Константин Константинович Вагинов
Я тоже за обедом и на охоте поучал, как жить, как веровать, как управлять народом. Я тоже говорил, что ученье свет, что образование необходимо, но для простых людей пока довольно одной грамоты. Свобода есть благо, говорил я, без неё нельзя, как без воздуха, но надо подождать. Да, я говорил так, а теперь спрашиваю: во имя чего ждать? ... Во имя чего ждать, я вас спрашиваю? Во имя каких соображений? Мне говорят, что не всё сразу, всякая идея осуществляется в жизни постепенно, в своё время. Но кто это говорит? Где доказательства, что это справедливо? Вы ссылаетесь на естественный порядок вещей, на законность явлений, но есть ли порядок и законность в том, что я, живой, мыслящий человек, стою надо рвом и жду, когда он зарастёт сам или затянет его илом, в то время как, быть может, я мог бы перескочить через него или построить через него мост? И опять-таки, во имя чего ждать? Ждать, когда нет сил жить, а между тем жить нужно и хочется жить!
Антон Павлович Чехов
Просыпаюсь по телефону, бреюсь,
Чищу зубы, харкаю, умываюсь,
Вытираюсь насухо, ем яйцо.
Утром есть что делать, раз есть лицо.
Поздно вечером он говорит подруге,
Что зимою лучше всего на Юге;
Она, пристёгивая чулок, глядит в потолок.
В этом году в феврале собачий
Холод. Птицы чернорабочей
Крик сужает Литейный мост.
Туча вверху,
Как отдельный мозг.
Иосиф Александрович Бродский
Прощай, позабудь и не обессудь.
А письма сожги, как мост.
Да будет мужественным твой путь,
Да будет он прям и прост.
Да будет во мгле для тебя гореть
Звездная мишура, да будет надежда
Ладони греть у твоего костра.
Да будут метели, снега, дожди
И бешеный рев огня,
Да будет удач у тебя впереди
Больше, чем у меня.
Да будет могуч и прекрасен бой,
Гремящий в твоей груди.
Я счастлив за тех,
Которым с тобой,
Может быть, по пути.
Иосиф Александрович Бродский
Чайка крыльями машет, море берег жует...
Где-то девочка Маша на планете живет.
Дни, как лошади в мыле, мчат и мчат в никуда.
Между нами не мили, между нами - года.
Мой товарищ любезный, ты поверь мне, что нет
безнадежнее бездны разделяющих лет.
Можно выкопать Трою, слить тела и уста,
но никто не построит над годами моста.
...Ветра выдохам вторя, в час закатный стою
у Балтийского моря на краю, на краю,
и кричат над салакой чайки, как воронье,
и печаль, как собака, лижет сердце мое.
Вадим Егоров
Символизм сам по себе ничего не стоит. Он не материален. Мы просто делаем вид, что мы любим. У нас патриотизм выражается в вышиванках, у нас патриотизм выражается во флажках - вот наш патриотизм. А я вам расскажу, что такое патриотизм в европейских странах. Это не выйти толпой и спеть гимн. В этом нет патриотизма. Это ничто, это ноль, это пустота. Патриотизм в том, чтобы выйти толпой и, к примеру, построить мост. Это патриотизм.
Анатолий Анатольевич Шарий
Художником меня сделал Ленинград, с его громадами стройных домов, его Дворцовая площадь, его Нева, мосты, ветер... Эрмитаж - мерцание будто бы свечей, отраженное в паркете, темные прорывы картин в золоченых рамах... Сколько помню себя - рисовал. Первое мое впечатление в сознательной жизни - кусок синего неба с ослепительно белой пеной облаков, дорога, тонущая в поле ромашек, и таинственный лес вдали. С этого мига словно кто-то включил меня, сказав: «Живи!».
Илья Сергеевич Глазунов
Я шёл по дороге с двумя приятелями, вдруг солнце зашло и все небо стало кровавым, при этом я как будто почувствовал дыхание тоски. Я задержался, опёрся на балюстраду моста смертельно усталый. Над чёрно-голубым фьордом и городом висели клубы кровавого пара. Мои приятели пошли дальше, а я остался с открытой раной в груди. Громкий, бесконечный крик пронзил окружающую природу.
Эдвард Мунк
