Цитаты на тему «Физик» - страница 3
Редакторы, могущие дать и научную и художественную оценку произведения, встречаются пока как редчайшее исключение. В журналах же, печатающих научную фантастику, нередко можно встретить редактора, который не знаком с элементарными понятиями физики, космографии и т. п.(«Центробежная сила вызывает стремление тел к центру!»; «Собственным ли светом светит Луна?»). Это создает случайность судьбы произведения; осторожный редактор, неуверенный в «научности», не принимает иногда доброкачественное произведение, неосторожный - печатает халтуру, полную научных ляпсусов.
Александр Романович Беляев
Любимые вещи: музыка, природа, стихи, одиночество. Любила простые и пустые места, которые никому не нравятся. Люблю физику, её загадочные законы притяжения и отталкивания, похожие на любовь и ненависть. Люблю всё большое, ничего маленького. И кошек, а не котят. Кошками не брезгую, пускай спят на голове, как они это любят. И, чем больше узнаю людей - тем больше люблю деревья! Обмираю над каждым. Я ведь тоже дерево: бренное, льну к вечному. А потом меня срубят и сожгут, и я буду огонь...
Марина Ивановна Цветаева
Ломоносов - мой идеал; он тип славянского всеобъемлющего духа, которому, может быть, суждено внести гармонию, потерявшуюся в западном учёном мире. Этот человек знал всё, что знали в его веке: об истории, грамматике, химии, физике, металлургии, навигации, живописи, и пр., и пр. и в каждой сделал новое открытие, может, именно потому, что всё обнимал своим духом.
Владимир Фёдорович Одоевский
Точно определённый язык – вещь весьма небезразличная. Возьмём, например, из области той же физики. Неизвестный изобретатель слова «теплота» ввёл в заблуждение целые поколения. Теплоту стали рассматривать как вещество (просто потому, что она была названа именем существительным и стали её считать неуничтожаемой.
Но, с другой стороны, тот, кто ввёл в науку слово «электричество», снискал незаслуженное счастье подарить физике новый закон – закон сохранения электричества, который, благодаря чистой случайности, оказался точным; так по крайней мере было до настоящего времени.
Жюль Анри Пуанкаре
Относительность знаний - великая вещь. Утверждение «2 плюс 2 равно 13» относительно ближе к истине, чем «2 плюс 2 равно 41». Можно даже сказать, что переход к первому от второго есть проявление творческой зрелости, научного мужества и неслыханный прогресс науки - если не знать, что 2 плюс 2 равно четырем.
В арифметике мы это знаем, но ликовать рано. Например, в физике 2 плюс 2 оказывается меньше четырех - на деффект массы. А в таких тонких науках, как социология или этика, - так там не то что 2 плюс 2, но даже 1 плюс 1 - это то ли будущая семья, то ли сговор с целью ограбления банка.
К. Прутков-инженер. Мысль № 5.
Владимир Иванович Савченко
Физика - особая культура, к ней это определение относится в большей степени, чем к любой другой науке. Физика включает в себя научные знания очень широкого диапазона: астрофизика, космология, биофизика и все то, что лежит между ними, и при этом она остается единым целым.
В определённом смысле физики страдают высокомерием, потому что они привыкли считать, что всё им по плечу. Культура физики такова, что она даёт путь решения, подход практически для любой задачи. Если какая-то проблема кажется физику интересной, он автоматически считает, что эта проблема относится к его науке, является физической проблемой. И знаете, физики, в общем-то, имеют на своё высокомерие право: если уж они за что-то берутся, то обычно добиваются успеха.
Другие науки более узконаправлены, сфокусированы, в них нет той культуры, о которой я говорю, нет настолько устоявшихся традиций, которые остаются в крови ученого, чем бы он ни занимался.
Дейвид Гросс
Тыртов привез нам как-то свой элементарный учебник физики. Я попробовала читать эту книгу, но, к своему горю, встретила в отделе оптики тригонометрические формулы. Не зная тригонометрии, сообразуясь с формулами, бывшими в книге, я попыталась объяснить себе их сама. При этом по странному совпадению я пошла тем же путём, который употреблялся исторически, то есть вместо синуса брала хорду. Для малых углов эти величины почти совпадают друг с другом. Когда я рассказала Тыртову, каким путём я дошла до объяснения тригонометрических формул, он стал горячо убеждать отца в необходимости учить меня серьёзно.
Софья Васильевна Ковалевская
Этот человек - мой идеал; он тип славянского всеобъемлющего духа, которому, может быть, суждено внести гармонию, потерявшуюся в западном учёном мире. Этот человек знал всё, что знали в его веке: об истории, грамматике, химии, физике, металлургии, навигации, живописи, и пр., и пр. и в каждой сделал новое открытие, может, именно потому, что всё обнимал своим духом.
Михаил Васильевич Ломоносов