Цитаты на тему «Изучение» - страница 3
Русская мысль совершенно не применяет критики метода, т.е. нисколько не проверяет смысла слов, не идёт за кулисы слова, не любит смотреть на подлинную действительность. Мы занимаемся коллекционированием слов, а не изучением жизни. До чего русский ум не привязан к фактам. Он больше любит слова и ими оперирует.
Иван Петрович Павлов
...Мне кажется довольно парадоксальным то, что философы, гордящиеся своей узкой специализацией в сфере изучения обыденного языка, тем не менее считают свое знакомство с космологией достаточно основательным, чтобы судить о различиях философии и космологии и прийти к заключению о том, что философия по существу своему не может внести в космологию никакого вклада. Они, безусловно, ошибаются. Совершенно очевидно, что чисто метафизические - следовательно, философские - идеи имели величайшее влияние на развитие космологии. От Фалеса до Эйнштейна, от античного атомизма до декартовских рассуждений о природе материи, от мыслей Гильберта и Ньютона, Лейбница и Бошковича по поводу природы сил до рассуждений Фарадея и Эйнштейна относительно полей сил - во всех этих случаях направление движения указывали метафизические идеи.
Карл Раймунд Поппер
Он имел уникальный дар к языкам, потому что не должен был их учить. Курсов никаких не заканчивал! Он приехал из Франции и уже говорил по-французски. Быстро усваивал язык страны, в какую бы не попал, - польский, испанский, немецкий, русский... Ему это очень легко давалось. Он не тратил на изучение языки времени, как, например, я. В этом плане я брату завидовал. Причем он не только говорил, но и писал. Французы очень хвалили его французский язык. По-видимому, ему помогал музыкальный слух. Кроме того - хорошая память от природы. Отсюда и широкое общение, и возможность карьерного роста.(2017 год.).
Василий Ярославович Слипак
В своих объяснениях и Дарвин, и Маркс исходили из фактического изучения настоящего, но первый, главным образом, для объяснения тёмного прошлого всего органического мира, Маркс же, главным образом, для предсказания будущего, на основании «тенденции» настоящего, и не только предсказания, но и воздействия на него, так как, по его словам «философы занимаются тем, что каждый на свой лад объясняют мир, а дело в том, как его изменить».
Климент Аркадьевич Тимирязев
Но и здесь следует сделать оговорку ― указать, что Дарвин, дав не «своё» философское, а основанное на изучении действительности объяснение, заставил людей обратить внимание на тот процесс созидания новых органических форм (искусственный отбор), которым они пользовались полусознательно, помог довести его до тех изумительных результатов, до которых он доведён, например, Бербанком ― этим современным рабочим-чудотворцем, творцом новых органических форм.
Климент Аркадьевич Тимирязев
Моя теория [выживание - общественный уклад - удовольствие] возникла не во время изучения звездного неба в ясную ночь и гадания о смысле бытия. Она родилась при подготовке к выступлению. Когда какая нибудь вещь приносит вам известность, люди почему то начинают ждать от вас небывалых откровений о совершенно посторонних вопросах, которые волновали человечество миллионы лет. И хотят, чтобы вы поделились этими откровениями с толпой абсолютно незнакомых вам людей.
Линус Торвальдс
Писатели, по-прежнему игнорирующие открытия Эйнштейна и Гейзенберга, - невежественные идиоты. Естественнонаучное знание в основном остаётся за пределами литературы, оно не усвоено теми, чья традиционная задача заключается в изучении человека как индивидуума, как продукта культуры и как биологического вида. Однако, «ненаучное», т. е. художественное исследование врождённых различий между людьми изначально присуще литературе. До того, как соответствующие открытия были сделаны биологами, антропологами и психологами, именно литература брала на себя роль точного, хотя и интуитивного «инструмента» познания типов и характеров.
Олдос Хаксли
Сегодня мы можем поставить некоторые новые вопросы, относящиеся к самому характеру творческой работы одновременно писателя и имеющие, пожалуй, отношение к проблеме состава архива.
Если каждый усердный читатель русской классики твёрдо знал (и верил даже априори), что в прозе Бунина или Чехова два слова нельзя поменять местами без ущерба для художественного эффекта, то в последние пятнадцать лет проза совсем не бесталанных писателей такую процедуру не пропускает. Внимание автора и читателя сместилось на какие-то иные пласты текста, анализ которых вывел бы нас за пределы обозначенной темы. Отметим, однако, что в дальнейшем изучение этих новых творческих явлений, возможно, пойдёт параллельно с изучением технических возможностей сохранения разных этапов работы автора над текстом.
Вопрос, как как собирать отпечатки разных этапов работы автора над тем или иным его сочинением, для нас остаётся открытым; надеемся на конструктивное внимание к нему архивистов-практиков.
Мариэтта Омаровна Чудакова
Я намеревался преподавать теоретическую физику, приняв в качестве образца превосходные лекции моего любимого учителя Фрица Хазенёрля, погибшего на войне. В остальном же предполагал заниматься философией. В то время я углубился в изучение трудов Спинозы, Шопенгауэра, Рихарда Земона и Рихарда Авенариуса... Ничего из этой затеи не получилось. Я был вынужден остаться при теоретической физике и, к моему удивлению, из этого иногда кое-что выходило.
Эрвин Шрёдингер
По настоящему мы знаем лишь тех, кого хорошо изучили; людей же, достойных изучения, очень мало. Отсюда следует, что человеку подлинно выдающемуся не стоит, в общем, стремиться к тому, чтобы его узнали. Он понимает, что оценить его могут лишь немногие и что у каждого из этих немногих есть свои пристрастия, самолюбие, расчеты, мешающие им уделять его дарованиям столько внимания, сколько они заслуживают.
Себастьян-Рош Николя де Шамфор
Только когда сердце очищено от скверны, можно браться за чтение книг и изучение древности. Иначе, узнав про один добрый поступок, захочешь извлечь из него пользу для себя, а услыхав одно умное слово, захочешь оправдать им свои пороки. Учиться с такими мыслями в голове - все равно что «дарить оружие врагу и посылать провиант разбойникам».
Хун Цзычен
Я обожаю науку. Меня неимоверно расстраивает, что многие её боятся, либо считают, что при научном образе мышления нельзя почувствовать сострадание, получить наслаждение от искусства или созерцания природы. Наука не лишает нас таинственности. Она способствует получению новых и дальнейшему изучению уже имеющихся знаний.
Сапольски, Роберт