На празднествах Св. Леопольда, проводившихся ежегодно в монастыре Нойбург, обычно присутствовала императрица Мария Терезия. Однажды она соизволила в шутку заметить капельмейстеру Ройтеру, что Йозеф Гайдн разучился петь - он стал каркать, как ворона. Ройтеру пришлось заменить Йозефа другим сопранистом. Выбор пал на его брата Михаэля. Мальчик пел так прекрасно, что императрица велела призвать его к себе и наградила двадцатью четырьмя дукатами.
Йозеф ГайднСвязанные темы
брат ворон другое императрица как монастырь стать шуткаПохожие цитаты
Изучай, познавай, не пугаясь преград:
Познающему - трудное станет легко;
Доказательства сделай кольчугой своей,
Аргументы, как щит, подними высоко!
Мягким словом осилишь невежду - врага:
Дождь долбил полегонечку каменный склон.
Речь премудрых должна быть метка, недолга:
Стал «Сахбоном» отец лаконизма Сахбон.
В сто ман весом - ты разве не видел - броню
Острый камешек боя пронзает насквозь.
Ты познанием разум острей отточи,
Так Лукману напутствовать сына пришлось...
Насир Хосров
В чем же надежда разума? Прежде всего в том, что удар по устоям нашей культуры, нанесенный идеологической машиной Горбачева и его преемников, не проник слишком глубоко в душу русского человека. Травмы тяжелы, но не настолько, как рассчитывали губители. Реформации не произошло, фундамент устоял. Русский человек не спустился с уровня homo sapiens на уровень homo economicus, не стал волком другому человеку.
Сергей Георгиевич Кара-Мурза
Совесть не позволяет мне стрелять в моего брата или людей с другим цветом кожи, или в бедных голодных людей в грязи ради большой и сильной Америки. И убивать их за что? Они никогда не называли меня «ниггер», они меня не линчевали, не травили на меня собак, не отбирали мою национальность, не насиловали и не убивали моих мать и отца... За что их убивать? Как я могу стрелять в этих бедных людей? Лучше отправьте меня в тюрьму.
Мохаммед Али
Какая странная мода теперь завелась на Руси! Сам человек лежит на боку, к делу настоящему ленив, а другого торопит, точно как будто непременно другой должен изо всех сил тянуть от радости, что его приятель лежит на боку. Чуть заметят, что хотя один человек занялся серьёзно каким-нибудь делом, уж его торопят со всех сторон, и потом его же выбранят, если сделает глупо, - скажут: «Зачем поторопился?».
Николай Васильевич Гоголь
Жюль Верн - мой отец. Герберт Уэллс - мой многомудрый дядя.
Эдгар Аллан По - мой кузен, у него перепончатые крылья, как у летучей мыши, он жил у нас на чердаке.
Флэш Гордон и Бак Роджерс - мои друзья и братья.
Теперь вы знакомы с моей родней.
После всего этого уже совершенно очевидно, что Мэри Уолстонкрафт Шелли, автор «Франкенштейна», - моя мать.
С такой родословной я мог стать только фантастом, автором самых непостижимых, умопомрачительных сказок, а кем же еще?
Рэй Брэдбери